Итоги года с Хайко Лангнером

Итоги года с Хайко Лангнером

В расширенном интервью «Вестнику Кавказа» берлинский политолог подвел итоги прошедшего года для германо-российских отношений и председательства Германии в ОБСЕ, рассказал об особенностях и противоречиях внешней политики ФРГ, а также о «неразделенной любви» России к Германии и путях улучшения двусторонних отношений. 

- В рамках председательства в ОБСЕ Германия распространила предложения о диалоге для всех стран-членов организации. Речь шла, в том числе, и о контроле обычных вооружений и мерах по созданию доверия. Как говорил министр иностранных дел ФРГ Франк-Вальтер Штайнмайер, доверие может быть создано лишь путем сотрудничества по конкретным темам. Однако год германского председательства в ОБСЕ прошел. Каких целей смогла добиться Германия на уровне ОБСЕ? 

- Во времена все более усиливающейся напряженности успехом уже должно считаться, как минимум то, что под председательством Германии был дан толчок диалогу по проблемным вопросам. Германия распространила важные предложения по контролю над конвенционным вооружением, которые до сих пор получили четкую поддержку со стороны 16 стран-членов ОБСЕ. Эти предложения предполагают, к примеру, модернизацию Венского документа, то есть, улучшенные возможности наблюдения за военной активностью, более широкие интервалы безопасности между военными подразделениями НАТО и России вдоль общей границы. Однако политические рамки для реализации подобных мер сейчас сложились далеко не оптимальные, поскольку политический климат между НАТО и Россией очень «морозный», и США с Россией придерживаются противоположных приоритетов. В 2015 году Россия окончательно политически покинула Договор об обычных вооруженных силах в Европе (ДОВСЕ), однако, не разорвала договор с правовой точки зрения. Причиной стало то, что США и другие страны НАТО так и не ратифицировали принятое на стамбульском саммите ОБСЕ 1999 года соглашение об адаптации ДОВСЕ. Параллельно с этим на практике НАТО за счет принятия в свои ряды новых стран последовательно продвигалось к российским границам. На этом фоне Россия стремится договориться о новых мерах по ограничению вооружений, прежде, чем начнутся переговоры о расширении контроля над вооружениями. США придерживаются противоположной позиции: они хотят вначале интенсифицировать контроль над вооружениями, чтобы в случае успеха в далеком будущем, возможно, обсудить и вопросы сокращения вооружений.

Политика Германии в этих вопросах также противоречива. С одной стороны, правительство ФРГ своими предложениями продемонстрировало наличие собственной позиции в политике безопасности, которая по некоторым позициям входит в полное противоречие с  политикой, проводимой до сих пор США. Но одновременно с этим бундесвер взял на себя лидирующую роль в развертывании новых военных соединений НАТО и присутствии альянса на основе ротации в Польше и прибалтийских государствах, что, якобы, должно минимизировать опасность российской военной агрессии против этих стран. Но даже в крайне маловероятном случае подобной агрессии, этих военных соединений не хватило бы для ее отражения. То есть, эти шаги НАТО служат цели поддерживать образ врага в виде российской угрозы, что позволит альянсу оправдать собственный курс на дальнейшее вооружение. Полагаю, что Россия в меньшей степени будет ориентироваться на теплые слова на дипломатических конференциях и в большей – на конкретные факты, которые создаются в непосредственной зоне ее безопасности. Соответственно, мир и безопасность в Европе, остаются под угрозой. 

- Как бы вы оценили развитие на этом фоне германо-российских отношений?

- Отношения между Германией и Россией в последние годы ухудшились и находятся значительно ниже уровня их возможностей. С одной стороны, это является следствием горячего конфликта на Украине, но также связано с описанной эрозией ДОВСЕ. Германия, хоть  и не позиционирует себя в качестве «зачинателя» против России, однако, до сих пор всегда однозначно становилась на сторону тех, кто выступал за принятие и продление санкций ЕС против России. Подобная «воспитательная педагогика» приводит к прямо противоположному ожидаемому эффекту. Внешнее давление, как правило, лишь усиливает внутреннюю сплоченность тех, против кого эти санкции направлены. Чтобы понять это, достаточно беглого взгляда на рейтинги популярности российского президента, чью политику сейчас поддерживают 84% россиян. Санкции, таким образом, не приносят ровным счетом ничего, и являются выражением двойных стандартов в политике.

- Какую роль играет исторический контекст в современных отношениях между Германией и Россией?

- В исторической перспективе германо-российские отношения являют собой переменчивую особую связь, характеризуемую взлетами и падениями. В сравнительном культурно-историческом исследовании, например, были установлены значительные общности двух культур в философии, литературе, искусстве и классической музыке. Русские германофилы и немецкие русофилы уже давно сконструировали тезис о «душевном родстве» двух наций. Хоть я и считаю этот тезис принятием желаемого за действительное, однако, он свидетельствует о культурной близости и эмоциональных связях, коих было немало в прошлом. Не является случайностью и то, что, несмотря на чудовищные преступления германского фашизма в отношении народов Советского Союза в ходе Второй мировой войны, представления российского населения о Германии и немцах долгое время характеризовалось симпатией. Ответственность за 27 миллионов жертв, погибших в борьбе с гитлеровским фашизмом на территории СССР, российская политика всегда возлагала на преступный нацистский режим, а не на немецкий народ. Красная Армия освободила от фашизма не только свою страну, но и практически всю Восточную Европу и немецкий народ. В том числе и поэтому в Германии есть существенные слои общества, которые желают лучших отношений с Россией в будущем и ни в коем случае не демонизируют российского президента Владимира Путина. С учетом этого правительству ФРГ срочно следовало бы проявить больше чувствительности в своей политике по отношению к России. Немецкое правительство, очевидно, даже не замечает, что есть разница между тем, когда Россия называет другую страну «другом» и когда – «партнером». Германия до сих пор считалась в России надежным «другом». Возможно, правительство ФРГ уже близко к тому, чтобы этот статус утратить. В любом случае неправдоподобно, когда миру представляют «ужастики» о военной угрозе Германии со стороны России, поскольку это нисколько не соответствует стратегическим интересам России. Это, как мне кажется, проблема нескольких живущих вчерашним днем политиков, которые специализируются на нагнетании антироссийских настроений и не могут отвыкнуть от категорий мышления времен холодной войны. Это, впрочем, не означает, что и сама Россия не делает никаких ошибок в российско-германских отношениях.

- О каких ошибках идет речь и что, на ваш взгляд, следует России предпринять, чтобы улучшить двусторонние отношения с Германией?

- Российская политика известна тем, что свои стратегические цели она определяет в соответствии с ясными интересами. Германия являет собой одно из редких исключений, где этого не удается сделать в привычной мере. Россия уже на протяжении определенного времени реагирует на Германию, как на неразделенную любовь. Германо-российские отношения для российской стороны являются эмоциональным вопросом, что не обязательно плохо. Но из-за этого российская сторона часто не может понять, почему Германия отказывается от более самостоятельной политики и предпочитает держаться за тесное трансатлантическое партнерство с США, вместо того, чтобы принять российские предложения по стратегическому сотрудничеству, которые, как кажется России, соответствуют коренным немецким интересам. Но это является ложным заключением, поскольку ФРГ постоянно извлекала огромную выгоду их трансатлантического сотрудничества. На этом сотрудничестве покоится статус Германии в качестве одной из ведущих экспортных наций планеты, равно как и относительно низкие собственные траты на оборонные расходы. После заката реально существовавшего социализма пространство для политического маневра уже объединенной Германии существенно расширилось.

Практически в сегодняшнем ЕС существует германская гегемония, что уже успели почувствовать на себе сильно пострадавшие от финансового кризиса страны ЕС вроде Греции. Навязываемая Брюсселем политика «экономии» фактически является политикой Ангелы Меркель. Нынешняя немецкая политика не желает подвергать риску возросшее влияние Германии, вызвав сомнения США в верности Германии союзу, потому ФРГ всегда старается учитывать американские интересы в собственной политике. Но это ни в коем случае не означает отказа от самостоятельной политики, а создает специфические модус вивенди для наиболее эффективной реализации собственных интересов. Именно по этой причине правительство ФРГ находится в таком замешательстве после победы на президентских выборах в США Дональда Трампа, так как до сих пор неясно, в какой мере он продолжит следовать трансатлантическим приоритетам в будущем.  

Трансатлантическое партнерство с США, однако, ни в коей мере изначально не исключает кооперации между Германией и Россией – до тех пор, пока Москва не начинает питать слишком завышенные ожидания. По моему ощущению, российское руководство рассматривает международную политику изначально как игру с нулевой суммой, в которой выигрыши одного актора непременно означают потери другого. В отношениях с Германией куда более многообещающей является концепция  обоюдного выигрыша, поскольку все германские правительства следует данной идее. Это значит, что должны быть определены политические области, которые даже в актуальной напряженной ситуации предлагают стимулы к сотрудничеству. На мой взгляд, речь должна идти о сближении людей двух стран. Это значит, что должно больше городов-побратимов, больше культурного сотрудничества, больше сотрудничества между вузами, молодежный обмен… С помощью мощного фундамента связей на уровне гражданского общества может быть создана прочная связка, которая выдержит и политические вызовы.

Санкции ЕС являются бессмысленными, они вредят немецкой экономике, и их необходимо отменить. Экономические связи в таком случае очень быстро восстановятся. Не думаю, что Россия свою политику по отношению к Германии перевела из «дружеского» режима во «вражеский». Именно поэтому Москве стоит дистанцироваться от мер, которые могут вызвать противоположное впечатление. В качестве примера приведу вмешательство российских СМИ и, в конце концов, даже российской политики в случай с мнимым изнасилованием русской немки Лизы в начале 2016 года. Правительство Германии справедливо в резкой форме отвергло претензии российской стороны, и в этом ее поддержало большинство населения Германии. Подобными акциями Россия вредит себе и собственным же интересам. Однако я исхожу из того, что мотивом подобных действий была не российская агрессивность, а в куда большей степени глубоко укоренившаяся фрустрация российской политики в связи с отталкивающей ее позицией германского правительства и отсутствием прогресса в германо-российских отношениях.

7425 просмотров





Популярные